В 1998 году калужский ниндзя Андрей Самохин встретил Татьянин день в Германии. По приглашению президента Германо-Австрийского филиала международной организации Хонбу-Додзё Стеффена Фрёйлиха он принял участие в семинаре американского ниндзя из Сан-Франциско Джека Хоббана. Общение с признанными мастерами современного нин-дзюцу позволило Андрею значительно расширить свои представления об этом древнем восточном боевом искусстве. И не только о нём…

ЯПОНСКИЕ МОТИВЫ ДИЦЕНБАХА

Пожилой немецкий таксист, подобравший на франкфуртском вокзале очередных клиентов, сразу заподозрил в них иностранцев. Для жителей здешних мест они выглядели слишком экзотично. Январь девяносто восьмого на Майне выдался прохладным. Температура едва достигала тринадцати градусов выше ноля. Но так, как эти двое, утепляться было, право, ни к чему. А уж когда чужаки открыли рты, таксисту и вовсе стало все ясно. Знанием языков ребята явно не блистали. На англо-немецкой абракадабре, не соблюдая падежей и артиклей, они с трудом объяснили старику, что приехали из России и что им нужно попасть в Диценбах — маленький городок, расположенный неподалеку от Франкфурта-на-Майне. «Н-да, зачастили в наши края иностранцы, — размышлял водитель, наблюдая в зеркало, с каким интересом его клиенты пялились на пролетающие за окнами обычные немецкие пейзажи. — Этот Фрёйлих и впрямь развил бурную деятельность со своими восточными заморочками. То к нему едут американцы, то японцы, а теперь и русские заявились. Говорят, приехали на какие-то тренировки ниндзя. Видал я что-то по телевизору про этих японских чертей в масках. Да и внуки комиксами замучили. А эти двое на ниндзей совсем не похожи: обычные слишком, тихие…»

Слухи о том, что в спортзале на Филипп-Рейс-штрассе,13 в Дицен-бахе обучают диковинной японской борьбе, давно распространились за пределы Франкфурта. Руководителя Германо-Австрийского филиала Хонбу-Додзё Стеффена Фрёйлиха многие здесь знали в лицо, хотя и представить ceбe не могли, чем же в действительности занимается этот солидный, крепкий на вид человек. Слышали, что восточными единоборствами. Для большинства местных жителей такой лаконичной информации было вполне достаточно. А о том, что Стефан Фрёйлих является обладателем десятого дана нин-дзюцу школы Тогакурэ-рю, догадывался далеко не каждый. Добропорядочные и законопослушные немецкие граждане вообще не любят забивать свои головы лишними подробностями. Живет себе человек по соседству, не пьет, не курит, не скандалит, не коммунист и не нацист, а чем увлекается — это уже его личное дело…

Накануне в гости к Фрёйлиху нагрянул старый приятель из Нью-Джерси. С бывшим офицером ВМФ США Джаком Хоббаном они познакомились на одном из Тайкаев — традиционных международных съездов ниндзя, проходящих по нескольку раз в год в разных странах мира. Инициатором и вдохновителем этих мероприятий стал нынешний тридцать четвертый патриарх школы Тогакурэ-рю, Сокё (Великий Мастер) из префектуры Тиба Масааки Хацуми. О проведении семинара в Диценбахе Фрёйлих и Хоббан договорились еще летом 1997 года. Тогда же письма-приглашения полетели из Германии по всему свету, в том числе — и в Россию, где, по сведениям Фрёйлиха, обитало несколько последователей Тогакурэ-рю. С заочными российскими учениками Стефан вел аккуратную переписку, регулярно общался по телефону (через переводчика), и наконец решился пригласить их в гости, чтобы собственными глазами взглянуть на дерзкий славянский феномен.

Импортные конверты благополучно достигли российской столицы. Там они были рассортированы, квалифицированно проверены на отсутствие валюты и вкладышей от жвачки и опущены в итоге в почтовые ящики москвича Виктора Мезера и калужанина Андрея Самохина. Последним оставалось лишь скопить немного денег, одолжить недостающие суммы у друзей, выправить загранпаспорта с «шенгенскими» визами и отправиться в направлении маленькой уютной гостиницы в Диценбахе, у дверей которой утром 24 января 1998 года их и высадил пожилой таксист, на прощание пробурчавший невнятно что-то вроде старинной немецкой поговорки: «В тихом Франкфурте ниндзи водятся…»
Кого-кого, а «ниндзей» в тот день на берегах Майна собралось действительно много. Более сорока последователей школы Тогакурэ-рю приехали на семинар в Диценбах. Причем приехали главным образом на своих автомобилях. Только двое из числа прибывших передвигались по городу принципиально пешком. Без проволочек устроившись в гостинице, именно так — пешим ходом — российские ниндзя отправились на встречу с немецким мастером.

Фрёйлих заметил их издалека сквозь стеклянные стены своего спортзала-додзё. Он как раз показывал Хоббану место проведения семинара. Коллеги успели осмотреть сам Додзё, украшенный дзенским алтарем и выстеленный мягкими коврами-татами, пройти тренажерный зал и солярий, когда на улице появилась пара парней, знакомых Фрёйлиху по фотографиям. Они поздоровались, и Стеффен представил гостей Джаку Хоббану. Узнав, что перед ним российские ниндзя, американец схватился за голову: «Из России?! Не может быть! Я, конечно, понимаю — Горбачев, Перестройка… Нo чтобы ниндзя из России!.. Выходит, традиции Тогакурэ-рю известны и в вашей стране? Ну что ж, теперь будет постигать Учение вместе. Готовьтесь…»

И НЕ ДРУГ, И НЕ ВРАГ, А… КТО?

Серьезных языковых проблем на семинаре не возникало. Хоббан работал без переводчика, зная, что в большинстве своем немцы неплохо владеют английским. А традиционная японская терминология, используемая в боевых искусствах, вообще интернациональна. Но некий незримый «напряг» поначалу все же ощущался. И отнюдь не в языковой сфере. Львиную долю участников семинара составляли молодые немцы, которых, видимо, смущало присутствие рядом потомков противников своих дедов во Второй Мировой войне. Подобного сложного чувства отпрыски «истинных ариев» не испытывали ни к французам, ни к итальянцам, ни даже к неграм. Американцам и англичанам они почти признательны за то, что те в свое время остановили движение «красных» на запад. А в отношении русских… Нет, никакой конфронтации, злобных взглядов и резких одергиваний гостей не было: современные немцы — крайне тактичные, сдержанные, цивилизованные люди. Но и откровенного «братания», сопровождающегося распитием баварского йогурта «Фрухтегут», как-то не наблюдалось. Формула «мир — дружба — жвачка» не срабатывала. Наверное, потому, что на семинар собрались последователи воинского искусства, то есть — воины, в сознании которых всегда остается место понятию «враг»… Первые дни занятий проходили в обстановке взаимного изучения. Немцы пристально следили за каждым движением русских, каждым жестом, словом, взглядом, словно стараясь определить, кто перед ними — товарищи или соперники, друзья или враги. В перерывах между тренировками «семинаристы» собирались в уютном кафе, оформленном, подобно спортзалу, в японском стиле. Немцы свободно «разминались» пивом. Русские невозмутимо цедили чай, делая вид, что соблазны цивилизованного мира их абсолютно не волнуют. В то же время в головах Андрея и Виктора непрерывно работал «счетчик», скрупулезно прикидывавший, сколько драгоценных дойчмарок уже потрачено, сколько нужно оставить на обратную дорогу и стоит ли вообще пробовать то аппетитное восточное блюдо, которое с нескрываемым удовольствием за соседним столиком уплетают потомки Атиллы. Ведь, в конце концов, без многих вещей в этой жизни можно и обойтись…

Единственное, без чего не может обойтись настоящий Воин, — стремление постичь Великое Учение, дошедшее из глубины веков с традициями боевых искусств. И перед этим Учением все равны, независимо от национальности и цвета кожи. Так говорит тридцать четвертый патриарх Тогакурэ-рю Масааки Хацуми. Так повторяют его ученики во всем мире. Спустя несколько дней Фрёйлих и Хоббан обратились к участникам семинара: «Друзья! Мы очень рады, что наше приглашение впервые в истории Тогакурэ-рю приняли последователи нин-дзюцу из России. Здесь, в Германии, почти ничего не известно о том, как традиции древней воинской школы развиваются в этой далекой стране. Давайте же попросим наших гостей Андрея и Виктора продемонстрироватъ навыки, обретенные ими путем самостоятельных тренировок. Будем снисходительны, ведь у русских ребят до сих пор не было возможности заниматься под руководством опытных мастеров…»
..Через десять минут зал огласился аплодисментами. Немцы искренне недоумевали, откуда у русских взялось такое глубокое знание сложной техники, если они никогда и в глаза не видели настоящих специалистов по нин-дзюцу. На лицах сдержанных и тактичных «ариев» стало появляться какое-то новое выражение. Трудно утверждать, что это было — уважение, восхищение или просто расположение, возникшее после увиденного. Но с того момента «напряг» исчез. И уже с совершенно новым, незамутненным чувством участники семинара бок о бок исполняли привычный ритуал медитации, мысленно повторяя Готайган — пять Великих Обетов Воина.

ИДУЩИЕ НА ГРОЗУ

Нынешняя январская оттепель, утопившая Калугу в бездонных лужах, напомнила Андрею Самохину дни, проведенные в Диценбахе. Много воды и в Оке, и в Майне утекло с тех пор. Но никаким потрясениям, обрушившимся за прошедший год на наше многострадальное государство, не удалось стереть в памяти Андрея те знания и то новое понимание мира, которые он получил в Германии.
Вернувшись на родину, калужский ниндзя первым делом «материализовался» как вполне официальное, реально существующее лицо. В июне прошлого года он зарегистрировал в Управлении юстиции Калужской области региональную общественную организацию восточных боевых искусств «Будзинкан Тэнгу нин-дзюцу» (свидетельство N 442 от 22.06.98), в которую помимо школы Тогакурэ вошел и городской Айки-клуб, возглавляемый Александром Давыдовым, и позже клуб «Контэн» — руководитель Паршаков Сергей. Летом на живописных берегах Оки прошла серия «полевых» занятий калужских ниндзя, совпавшая с памятным периодом сильнейших гроз, бушевавших тогда над городом. Воспитанники Андрея Самохина тренировались днем и ночью под проливным дождем, наблюдая, как мощные ветвистые молнии, рассекая небо, вонзаются в крыши калужских зданий. Такое зрелище, по их мнению, забыть просто невозможно.

Практику летних мини-лагерей Андрей планирует продолжать и впредь. Традиции боевых искусств, основанные на древней восточной мудрости, подвигают человека на поиск гармонии в самом себе через достижение гармонии с окружающим миром, с Природой и Вселенной.

Наверное, именно поэтому, возвращаясь к событиям в Диценбахе, Андрей Самохин чаще всего вспоминает не уроки смертоносной техники Фрёйлиха и Хоббана, а ту невозмутимую улыбку, с которой мастера выполняли самые сложные и опасные приемы. От этих людей, владеющих многими тайнами боевых искусств, не исходило никакой агрессии. Напротив, на каждом занятии американский ниндзя обращал внимание учеников на то, что ниндзя — это не огромные мускулы, крутая растяжка и набитые кулаки. Ниндзя — это прежде всего великая сила духа и гибкий аналитический ум. А одним из самых ярких проявлений названных качеств является… смех. Недаром Великий Мастер Хацуми говорит, что смех — это признак победы.

Сегодня на столе у Андрея Самохина лежит письмо, приглашающее его принять участие в грядущем Тайкае — международном съезде ниндзя, который пройдет 2-5 апреля 1999 года во Франкфурте-на-Майне в Германии. Престижность подобных мероприятий переоценить сложно. Тайкай давно стал высшим собранием последователей нин-по во всем мире. Интерес к нему очень велик. Не случайно во время проведения форума в Калифорнии в мае 1995 года с личным посланием к его участникам обращался президент США Билл Клинтон.
Ежегодные съезды ниндзя, проводимые в разных странах мира, возглавляет сам тридцать четвертый патриарх школы Тогакурэ-рю Масааки Хацуми, известный далеко за пределами Японии не только благодаря достижениям в воинских искусствах.

Масааки Хацуми родился 2 декабря 1931 года в городе Нода префектуры Тиба. Единоборствами начал заниматься в 1944 году, остановив свой выбор на дзюдо.

По окончании школы Хацуми поступил в университет Мэйдзи на факультет искусствоведения, параллельно изучая европейскую и традиционную восточную медицину. К двадцати семи годам он не только приобрел известность как художник и каллиграф, но и возглавил частную клинику, специализирующуюся на заболеваниях опорно-двигательного аппарата. Все это время Хацуми активно занимался боевыми искусствами и к началу шестидесятых стал обладателем черного пояса 6 дана в каратэ Сито-рю, черного пояса 4 дана в дзюдо, 1 и 2 дана в нескольких видах кобу-дзюцу (владение оружием). Целых пятнадцать лет Хацуми посвятил изучению техники нин-дзюцу под руководством тридцать третьего патриарха Тогакурэ-рю Тосицугу Такамацу (1887-1972), который еще при жизни в 1968 году передал ему титул «Соке» — «Великий Мастер». Встреча с живой легендой — мечта любого человека, вставшего на тернистый Путь Воина. У калужанина Андрея Самохина есть шанс реализовать эту мечту…

.. А у пожилого франкфуртского таксиста есть возможность в скором времени неплохо подзаработать. Если только он еще не отошел от дел и не записался вместе со своими внуками в загадочную школу Стефана Фрёйлиха. Учиться, как известно, никогда не поздно. А у немецких стариков, выходящих на пенсию, принято не доживать жизнь, а начинать ее заново.